Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
20:46 

Легенда о Тени, фанфик, джен, драма, приключения

vinyawende
Я сама была такою... триста лет тому назад
И последняя порция текстов с БПВ! Полгода не прошло, как говорится.

"Легенда о Тени", на самом деле, самый первый из всех текстов, написанных мной для этой игры. К нему у меня довольно противоречивое отношение.
С одной стороны, мне очень давно хотелось написать о Тирионе в Первую Эпоху, о том, что жизнь там продолжалась, как именно она продолжалась. И вроде бы это мне удалось.
Но с другой, легенда мрачноватая, конечно... А главное, я думала, что никто из рода Финвэ не возрождался до конца Войны Гнева. Так что теперь я даже не знаю, АУ это или не АУ.

Еще тут я, конечно, должна сказать огромное спасибо f-lempi и Б.Сокрова, потому что без их советов этот сюжет был бы намного беднее и бледнее. Спасибо!!! :gh3:

Название: Легенда о Тени
Автор: vinyawende
Категория: джен
Герои: нолдор - новые персонажи, Аракано Нолофинвион.
Рейтинг: PG (6+)
Жанр: приключение, драма
Размер: мини, 3194 слова
Дисклеймер: Все права на персонажей и сюжет принадлежат Дж.Р. Р. Толкину и всем тем, кому они по закону должны принадлежать. Автор фика материальной прибыли не извлекает.
Размещение: только авторское. То есть автор сам разместит текст везде, где посчитает нужным.
Саммари: Первая Эпоха, суровые легенды и таинственная реальность Тириона Эльфийского.

— Ты же знаешь фонтан Рога, да? — вдруг спросил Лаирон.
— Конечно, — ответил Арелиндо.
Фонтан Рога трудно было бы не знать. Он огромный и очень красивый, а в очертаниях каменного рога, из которого летели ввысь струи воды, по воле мастера, причудливо слились воедино знаменитый Валарама Оромэ и один из не менее знаменитых Улумури Ульмо. Арелиндо всегда было любопытно, как же скульптору пришло в голову такое сочетание, но спросить оказалось не у кого — сам мастер и все, кто помогал ему в работе над фонтаном, ушли в Эндорэ еще задолго до появления на свет Арелиндо.
А фонтан, говоря по правде, больше, чем своей красотой, был известен тем, что любоваться им некому. Он располагался в самой пустынной части Тириона. В городе было очень много мест, где жило гораздо меньше эльдар, чем могло бы. Но там не жил совсем никто.
Все говорили "так вышло", все говорили "случайность", но почему-то не любили туда ходить, а если ходили, то всегда становились печальны, и печаль эта долго еще не исчезала после. Арелиндо там тоже делалось грустно и тревожно, хотя вообще-то у него был веселый нрав.
— И вокруг еще много-много пустых домов, — продолжал Лаирон.
— Да, знаю, — ответил Арелиндо.
— Мне Исилтиндо про это место такое рассказал, — Лаирон загадочно понизил голос, со значением выделив слово "такое".
— Какое? — сразу же нетерпеливо откликнулся Арелиндо. Он любил во всем поскорее добираться до сути. А уж про "это место" давно предполагал, что есть там большая тайна.
— А вот какое, — Лаирон, увидев, что Арелиндо и так интересно, заговорил обычным голосом, но все равно тихо, так что Арелиндо пришлось придвинуться к нему поближе, чтобы слышать. — Давным-давно, когда квэнди еще только пробудились и жили у Куивиэнен, Черный Всадник создал Тень. И долгие годы она служила ему для разных злодейств, а потом еще целые века обитала в Сирых Землях сама по себе. Но когда Древа погасли, а Солнце и Луна еще не появились, Тень под покровом темноты пробралась в Аман, в Тирион. И до сих пор скрывается она здесь среди заброшенных зданий и улиц, на которых давно уже не слышны шаги и голоса эльдар. Ее можно почувствовать: она навевает уныние и тоску на всех, кто хотя бы мыслью потянется к тем местам. А еще ее можно увидеть, если смотреть очень внимательно. Только нужно быть осторожным, потому что, если Тень, повстречав путника, заглянет ему в лицо, то лишит его воли и утащит в свое логово. И тогда уж не видеть ему ни родичей, ни света. Вовек.
История была мрачная, холодная. В такую нелегко поверить ясным теплым днем. Но Арелиндо поверил. Слишком уж хорошо она объясняла многие странности. И день сразу показался не таким теплым, когда по спине прошел холодок страха.
Побежать бы сейчас домой, и чтобы мама крепко-крепко его обняла. Или отец. Бежать-то не далеко, всего пару сотен шагов. Но не оставлять же Лаирона стоять здесь одного. А родителей Арелиндо и так скоро увидит, когда обедать пойдет.
Вслух Арелиндо сказал только:
— А, вот оно что.
И кивнул.
Отец говорил, с трудные моменты самое важное — сохранять спокойствие. Или хотя бы стараться сохранять. Арелиндо и постарался. Но все равно подумал, что надо будет обязательно, обязательно рассказать маме с папой про Тень. Как можно быстрее.

***

— Ну почему вы мне не верите! — возмутился Арелиндо.
Не забывая, впрочем, откусить еще кусочек фруктового пирога и запить большим глотком смородинового отвара.
— Очень вкусно, пап! — сказал он. Но сразу же вернулся к прежней теме: — Говорю же, Тень есть! Такая, как в легендах о Черном Всаднике. Ты ведь сама пела мне, мама! — и, прежде чем Малинлоссэ успела что-нибудь ответить, продолжал: — Она прячется там, где вокруг площади с фонтаном Рога так много пустых домов, что можно идти очень долго и не встретить ни одного эльда.
Малинлоссэ подложила на тарелку сыну еще кусок пирога и сказала:
— Никакой Тени там нет. В этих домах раньше жили такие же нолдор, как и мы.
— Но теперь-то не живут! А она появилась, когда уже никого не было, — не сдался Арелиндо.
— Не живут, — согласилась Малинлоссэ. — Они ушли на восток, за Море еще до Солнца и Луны. Я и об этом тебе рассказывала. И с тех пор там пусто. Пусто и все.
— Я помню, что ты рассказывала, — ответил Арелиндо. — Но Тень есть. Иначе почему все становятся такими печальными, стоит только упомянуть об этом месте, и никто почти не ходит туда. И вообще, мне сказал Лаирон, а ему — Исилтиндо, а уж он-то знает, он уже совсем взрослый.
Малинлоссэ и Виндэмирэ переглянулись. Лаирон — ровесник их сына и его самый большой друг, им обоим по двадцать шесть лет Солнца, Исилтиндо — двоюродный брат Лаирона, ему, "совсем взрослому", немногим больше, чем тридцать пять. Никто пока не считал возможным рассказать детям всю правду об Исходе нолдор, а потому и вокруг, и в историях о прошлом для них оставалось много непонятного. И они старались это непонятное объяснить своими фантазиями. Вот теперь в Валинор перенеслась Тень прямиком из песен о Черном Всаднике, которые уже к приходу эльфов в земли валар были старыми. Хорошо еще, не сам Моргот. Впрочем, дети уже понимали: окажись он здесь, было бы очень плохо и сразу заметно. Что осталось от Древ, они видели.
Все же, наверное, пора рассказывать правду, пока мальчишки не выдумали историю похлеще. Но как собраться с духом, чтобы поведать ребенку о том, что им, когда-то повернувшим из Арамана вместе с государем Арафинвэ, самим до сих пор страшно вспомнить?
"Расскажем?"
"Надо".
"Но ведь не сегодня?"
"Нет, не сегодня".
Мысленный разговор длиной в два вздоха. Уже немного легче.
Виндэмирэ повернулся к сыну.
— Нет Теней в Амане, мой дорогой, — сказал он. — А Лаирон и Исилтиндо могут искренне верить в то, что говорят, но при этом ошибаться. Такое случается. Нельзя принимать на веру все, что слышишь, даже от самых близких друзей.
Арелиндо хотел возразить: "Я и сам чувствую!", но засомневался. Сейчас, дома, рядом с мамой и папой, он не был так уж уверен в своих ощущениях.
К тому же, Арелиндо видел, что взгляд отца сделался задумчивым и печальным. Такое бывало, когда отец вспоминал прошлое, то самое, до Солнца и Луны. Поэтому Арелиндо не стал даже спрашивать, как узнать, ошибается кто-то или нет и не ошибаешься ли ты сам. Он просто отставил пустую посуду, сказал:
— Спасибо! Я гулять.
И, чмокнув матушку в щеку, выбежал на улицу.
"Ты уверен? Что нет Теней в Амане?"
Малинлоссэ глядела вслед сыну, но обращалась мысленно к мужу.
"Конечно. Такое валар не пропустили бы. Да и мы бы не пропустили".
Виндэмирэ ответил тоже по осанвэ. В доме они были уже одни, но говорить о таком вслух почему-то не хотелось обоим.
"Наверное, ты прав".
Малинлоссэ протяжно, тяжело вздохнула. Виндэмирэ не было нужды гадать, о чем она сейчас вспомнила, он и сам думал о том же: Моргот, гибель Древ. Один раз зло уже прокралось в их дом и творило свои дела у них на глазах, и никто ничего не мог сделать. Но нельзя позволить себе вечно терзаться страхом, трепетать от явной безобидной выдумки.
"Наверное? Никто никогда не пропадал. Если б пропал, это сразу заметили бы. В Тирионе давно уже не столько народу, чтобы на чье-то исчезновение можно было не обратить внимания".
"Да, конечно, — Малинлоссэ виновато улыбнулась. — Мне просто тревожно что-то".
"Ничего не бойся".
Виндэмирэ успокоительно обнял жену за плечи.
Арелиндо тем временем уже подходил к дому Лаирона. Об опасениях родителей он не догадывался, зато понял, как все-таки выяснить, что правда, а что нет: надо просто пойти и убедиться. Опыт подтверждает истину и опровергает ложные представления. Так говорил отец, когда рассказывал о своей работе в мастерской.
А еще отец говорил, что, когда принимаешь решение, появляются и силы, чтобы его исполнить. И он был прав: силы у Арелиндо появились, а страх совсем пропал. Он просто пойдет и сам все проверит, прямо сейчас. Только еще Лаирона с собой возьмет. Ведь друзьям и убеждаться надо вместе.

***

Они дошли до самого фонтана, долго блуждали по улицам, но Тени не обнаружили. Да и столько света было вокруг, что не выдержит никакая Тень. Камни мостовой, хрустальные лестницы, стены и крыши домов — все искрилось в лучах солнца.
— Так мы ничего не найдем, — устало вздохнул Арелиндо. — Надо ночью приходить.
Сказал и тут же пожалел о своих словах. Он при ярком-то свете чувствовал себя здесь не особо уютно, а уж возвращаться ночью ему тем более не хотелось. Но Лаирон уже загорелся идеей.
— Точно, давай сегодня, после того как промчится по небу Луна. Встретимся на углу площади, которая перед королевским дворцом, и пойдем сюда.
Арелиндо решил, что не станет отказываться от задуманного, и твердо сказал:
— Давай.
В конце концов, ночью бывают звезды, а вовсе никакая не тьма, про которую взрослые говорят, что она наступила, когда Древа погасли. Они издалека заметят Тень, посмотрят на нее одним глазком и быстро убегут. Зато точно будут знать, что не ошибаются.
Стоя среди покинутых жильцами домов, Арелиндо опять верил, что Тень существует. А раз так, ее возможно отыскать. На том друзья и договорились.
Едва успела ладья Тилиона исчезнуть из виду, оба были уже на условленном месте. Идти, в самом деле, оказалось светло и не страшно от звезд. Арелиндо с Лаироном снова добрались до фонтана и опять, как днем, принялись бродить по окрестным улицам.
Но и теперь ничего, похожего на Тень видно не было. Так до самого рассвета можно прослоняться без толку. Арелиндо остановился и огляделся, стараясь придумать, как бы им поскорее увидеть уже эту Тень да и пойти домой. Придумывалось не очень-то. Поэтому Арелиндо очень обрадовался, когда Лаирон, размышлявший, видимо, о том же, сказал:
— А может, попробуем ее почувствовать?
Стоя рядом, но не касаясь друг друга, мальчишки закрыли глаза и стали прислушиваться к окружающему пространству, пытаясь различить в нем ноты тоски и уныния, которые дожны сопутствовать Тени. Но то ли они плохо старались, то ли это место было слишком тоскливым само по себе, но почувствовать что-то определенное у них не выходило.
Арелиндо только показалось, что ветер стал прохладнее. А потом показалось, что он как будто падает, хотя падать он не собирался. Когда вдобавок ко всему зачесался нос, Арелиндо не выдержал и открыл глаза, и именно в этот момент Лаирон шепнул:
— Туда!
И указал на не слишком выделяющийся на фоне остальных двухэтажный дом.
Арелиндо не стал спрашивать, в самом ли деле друг что-то уловил или ему просто тоже надоело стоять с закрытыми глазами. Вдвоем они направились прямиком к дому и для начала обошли его кругом, заглядывая в окна, а потом все же решились войти.
Дверь скрипела, полы, оказавшиеся деревянными, тоже. Из теней, правда, были только их собственные да те, что отбрасывала в звездном свете старая мебель. Арелиндо и Лаирон осмотрели весь первый этаж, потом второй и опять вернулись на первый.
— Нет здесь никого, — сказал Лаирон почти с сожалением.
И вот тогда Арелиндо почувствовал, как кто-то налетел на него сзади и схватил за ногу. Он коротко, но громко вскрикнул, Лаирон, хотя на него никто не напрыгивал, закричал тоже. Им вторило недовольное мяуканье.
Кошка. Всего лишь кошка с разбегу поймала лапами штанину, даже когтей не выпустила. Арелиндо перевел дух, животных он любил. Позвал:
— Кис-кис.
Но кошка и не думала завязывать с ним дружеское знакомство. Наоборот, отскочила подальше, быстро взбежала по лестнице на второй этаж и, сидя наверху, сердито сверкала глазами.
— Пойдем отсюда, — предложил Лаирон.
Арелиндо охотно согласился.
Выйдя на улицу, они вздохнули было с облегчением, но сразу заметили, какой поднялся ветер. В считанные мгновения небо заволокло облаками, и начался самый настоящий ливень.
Арелиндо запоздало вспомнил, как родители еще с утра говорили, что ночью, наверное, будет сильный дождь. Надо бы возвращаться, да только куда идти, если льет как из ведра и ветер швыряет воду прямо в лицо, а на небе теперь ни звездочки. Ничего не разглядеть.
Стало холодно. А потом еще холоднее от мысли, что в такую темень к ним любая Тень запросто подкрадется.
— Надо переждать где-нибудь под крышей, — сказал Арелиндо, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, как у отца. Но получилось все равно слишком звонко, неуверенно.
— Да, — ответил Лаирон, таким же голосом. — Вон я вижу над крыльцом хороший, крепкий козырек. Пойдем туда, только внутрь не будем заходить.
— Хорошо, — сказал Арелиндо. Лезть в чужую заброшенную мастерскую у него тоже не было желания.
Мальчишки уселись на верхней ступеньке крыльца, спиной к двери, и стали слушать, как по козырьку стучат капли дождя. Дома такой звук бывал обычно приятным и успокаивающим, но сейчас никакого спокойствия не приносил. Наоборот, хотелось, чтобы дождь скорее кончился и они могли пойти дальше. А лучше... лучше вернуться домой.
На разговоры совсем не тянуло, так что сидели молча. Арелиндо старался думать о том, что говорили ему родители — не бывает Теней в Амане. Но куда живее и ярче вспоминались другие слова: "... где не слышны шаги эльдар... скрывается Тень.... а если повстречает неосторожного путника и заглянет ему в лицо... лишит воли и утащит в свое логово... не видеть ему ни родичей, ни света. Вовек".
Сверкнула молния, и загрохотал гром. Но даже в этом шуме было отчетливо слышно, как заскрипела, открываясь, дверь. Прямо за спиной.
"Не дать ей заглянуть в лицо!" — успел подумать Арелиндо.
И они с Лаироном, не сговариваясь, схватили друг друга за руки и дружно побежали. А потом так же дружно растянулись на мостовой.
Арелиндо почувствовал, как чьи-то пальцы сжали его плечо.
"Ну, вот и все".
Он был умным мальчиком и понимал, что на силу ему не приходится рассчитывать. Глаза сами собой зажмурились, словно это могло помочь.
— Так, ребята, а что это вы здесь делаете? — произнес голос, незнакомый, но, без сомнения, эльфийский.
От неожиданности Арелиндо перестал жмуриться и в слегка размытом из-за дождя синем свете феаноровой лампы увидел лицо эльда. Серые глаза светились странным сиянием, не таким, как у родителей Арелиндо, которые видели свет Древ, но и не таким, как у самого Арелиндо, родившегося при Новых Светилах. Странным, в общем.
— Ты ведь не Тень, сотворенная Врагом? — спросил Лаирон.
Арелиндо, услышав этот вопрос, не удержался и хмыкнул. Как будто Тень стала бы правдиво отвечать. Да к тому же, незнакомец в лица им уже заглянул, а волю они не потеряли.
Эльда в ответ побледнел и слегка отпрянул. Так что Арелиндо успел подумать: "Может, все-таки Тень?". Но эльда, внимательнее поглядев на мальчишек, вдруг улыбнулся и покачал головой, но ответил серьезно, даже торжественно.
— Нет, я не Тень, да поразит меня молния, если слова мои не правдивы.
Молния его, конечно, не поразила. Чему Арелиндо был, по правде говоря, рад.
Незнакомец, между тем, продолжал:
— Давайте-ка вставайте и бегом ко мне в мастерскую, я вас чаем горячим напою, а то промокли до нитки да и замерзли, я вижу.
Арелиндо и Лаирон поднялись на ноги и стали убеждать его, что совсем не замерзли (говорить, что они не промокли, было бы попросту глупо), но не преуспели.
— Замерзли, замерзли, — сказал незнакомец. — Уж я-то кое-что знаю о холоде.
В его голосе зазвенели печальные нотки, но тут же пропали:
— Хватит разговоров, идем, — решительно заключил он.
Незнакомец и сам успел уже изрядно вымокнуть, черные пряди волос липли к лицу, одежда из светлого полотна без украшений потемнела от воды. Мальчишкам стало неловко заставлять его дальше стоять с ними на улице, и они все же направились к мастерской.

***

— Это варенье правда пробыло тут четыреста лет? — недоверчиво переспросил Арелиндо, отправляя в рот еще ложку. Он был большой сладкоежка, а варенье оказалось очень вкусным.
— Четыреста пятьдесят с лишним, — ответил незнакомец, который был теперь уже не незнакомец, а Аргон.
Аракано сам не знал, почему представился именно так, но ему было приятно одну ночь в компании этих детей называться именем, которое, хоть оно и было его, ему не случилось носить в Эндорэ.
— Его варил мой отец, — продолжал Аргон. — А банки для него делал самый старший мой брат: что ни положи в них, оно всегда будет свежее, как только что приготовленное. Теперь вот и отец мой, и брат живут в Сирых Землях, а варенье это все еще здесь. И я здесь, — тут Аргон вздохнул, но не печально, а словно наслаждаясь возможностью вздохнуть.
— Значит, ты прошел через чертоги Мандоса... — сказал Лаирон таким тоном, словно собирался что-то спросить, но передумал или не придумал, что именно.
— Да, — ответил Аргон. — Рассказывать, как я умер, не просите, — предупредил он. — Вам и так уже хватит на сегодня впечатлений.
Они не спорили, и не только потому, что впечатлений, и в самом деле, хватало. Оба знали, что у них есть родичи, ушедшие в Сирые Земли, судя по рассказам, таких было даже больше, чем тех, кто остался здесь. Получается, их родичи тоже могут пройти через Чертоги Мандоса и вернуться... вот так же сидеть за столом, пить чай, говорить... но только если сначала умрут. Очень страшно, должно быть, умереть. Потому, наверное, и взрослые бывают так печальны, потому обходят это место стороной.
— А вы, значит, искали тут Тень из легенды, — вывел их из раздумий Аргон. — А нашли меня.
Мальчишки потупились, вспоминать, как они удирали от Аргона, теперь, в освещенной светом лампы и очага мастерской, было очень неловко.
— Занятно, — улыбнулся Аргон и произнес задумчиво: — Фуинэ… Фуинэйалумо... Занятно.
Тень прошлого? Какая еще тень прошлого? И что тут занятного? Мальчишки удивились, но только плечами пожали. Они привыкли к тому, что взрослых иногда не поймешь. А обо всем спрашивать — устанешь. Поэтому спрашивать надо про важное или про интересное. Или про то, что само просится на язык.
— А что же ты делаешь здесь, в мастерской, почему домой не идешь? — спросил Арелиндо. Он не был вполне уверен, к какому из трех видов относится его вопрос.
— Дождь пережидаю, — ответил Аргон. — Я не видел мою маму четыреста с лишним лет. Не дело являться к ней посреди ночи, промокшим, словно добирался до Валинора вплавь.
— Понятно, — только и сказал Арелиндо.
Он не представлял, как это — целых четыреста лет не видеть маму, и не хотел представлять.
— Дождь почти кончился, — заметил Лаирон, посмотрев в окно.
— Хорошо, — сказал Аргон. — Значит, скоро пойдем. Провожу вас до площади перед дворцом, мне это по дороге. А уж оттуда не заблудитесь.
Мальчишки согласно закивали.
И тут раздался громкий стук в дверь.
— Тень! — хором решили Арелиндо и Лаирон.
— Она не стала бы стучать, — не то шутя, не то всерьез ответил Аргон и двинулся к двери.
— Кочергу возьми, — посоветовал новому знакомому Арелиндо, но тот его не услышал или не пожелал воспользоваться советом.
Тогда Арелиндо сам взял кочергу и крепко сжал ее двумя руками, толком не зная зачем. Просто очень обидно вдруг показалось после всех волнений все же попасться Тени.
Аргон распахнул дверь. На крыльце стоял эльда, в котором Арелиндо не сразу признал своего отца. Таким мальчик его никогда не видел: глаза сверкают на бледном лице, за спиной лук и колчан со стрелами, на поясе длинный меч. Лук был знакомый: отец с ним ходил на охоту, а вот меча Арелиндо раньше видеть не случалось — меч Виндэмирэ брал с собой только в укрепленный лагерь у входа в Калакирью, когда наступал его черед нести там службу.
Несколько мгновений Аргон и Виндэмирэ глядели друг на друга, наконец, Виндэмирэ выговорил:
— Мой...
— Твой сын здесь, — сказал ему Аргон и посторонился, пропуская Виндэмирэ внутрь мастерской. — А я Аргон, приветствую тебя.
С этими словами Аргон как будто подмигнул Виндэмирэ, хотя Арелиндо не был уверен, что ему не померещилось.
Виндэмирэ коротко улыбнулся, но тут же снова стал серьезным и строго посмотрел на сына.
— Что ж ты делаешь! — сказал он. — Напугал маму непонятно какими рассказами и исчез тайком. Погляди, как мне пришлось нарядиться, чтобы тебя искать! Еще и друга с собой потащил, оказывается.
— Он не потащил! — запротестовал Лаирон. — Я сам пошел.
Арелиндо подумал, что это он зря сделал, отец ведь может еще больше рассердиться и станет ругать и его тоже. Но Виндэмирэ вдруг усмехнулся.
— Сам? Ну, хорошо, если сам. А теперь и по домам пора, пожалуй.

***

Так Арелиндо и Лаирон убедились, что нет Теней в Амане, и попробовали варенье, приготовленное государем Нолофинвэ еще до гибели Древ. А Аракано Нолофинвион нашел себе еще одно имя — Фуинэайлумо. Под этим именем он сражался в Войне Гнева и обрел славу, которая вечно будет жива в памяти эльдар, покуда стоит Мир. Но о том сложена иная легенда.

@темы: Аракано, Сильмариллион, мои фанфики, новые персонажи, нолдор

URL
Комментарии
2015-01-17 в 21:22 

Snow_berry
«Вон папенька спит, никого не слушает — а потому всех любит».
О, Аракано очень порадовал!

2015-01-17 в 22:27 

vinyawende
Я сама была такою... триста лет тому назад
Snow_berry, спасибо!

Меня он тоже порадовал, только я теперь не могу определиться, когда он все же вышел из Мандоса и участвовал ли в ВГ. В рамках моего личного фанона, в смысле)))

URL
2015-01-17 в 22:56 

Snow_berry
«Вон папенька спит, никого не слушает — а потому всех любит».
vinyawende, эх, а я вот не умею придумывать [и продумывать] себе этот самый [пресловутый] фанон. ))
Но зато и с восприятием фанфиков дело обстоит значительно проще, чем могло бы быть при его «наличии». )))

2015-01-17 в 23:00 

vinyawende
Я сама была такою... триста лет тому назад
Snow_berry, да, без фанона проще читать фики, точно! А писать проще с фаноном. Но если фанон начинает противоречить сам себе в разных фиках, это не очень хорошо... эх)))

URL
2015-01-17 в 23:06 

Snow_berry
«Вон папенька спит, никого не слушает — а потому всех любит».
vinyawende, А писать проще с фаноном.

Вот всё по той же причине и сочинять фанфики я не умею вовсе. )) Фантазия недоразвитая. :( ))


Но если фанон начинает противоречить сам себе в разных фиках, это не очень хорошо...

Ну, зато больше текстов может получиться в итоге. )))

2015-01-17 в 23:36 

vinyawende
Я сама была такою... триста лет тому назад
Snow_berry, много текстов и так может получиться, я же не только по своему фанону могу писать))) Хотя я, обычно, не по своему фанону пишу АУ.

А что касается твоих фиков... Я до сих пор помню твоих Эонвэ и Саурона, хотя читала давно.

А другие истории у тебя забавные, легкие.

URL
2015-01-17 в 23:51 

Snow_berry
«Вон папенька спит, никого не слушает — а потому всех любит».
vinyawende, читать дальше

Только я ж ничегошеньки не придумала: всё аккуратно и тщательно уворовала у Профессора (лишь немного перекомпоновав)).
Да и был это какой-то единоразовый «аффект». ))) Вот что значит заряд фанатской любви... под руку. )))

2015-01-18 в 15:03 

vinyawende
Я сама была такою... триста лет тому назад
Только я ж ничегошеньки не придумала: всё аккуратно и тщательно уворовала у Профессора (лишь немного перекомпоновав)).
Да и был это какой-то единоразовый «аффект». ))) Вот что значит заряд фанатской любви... под руку. )))


Snow_berry,))) Но получилось-то хорошо, это главное!

URL
2015-01-18 в 17:50 

f-lempi
Love is our resistance (с)
У меня к этому тексту особое отношение, потому что он в принципе стал самым первым в команде :) И задал фонтанный тон :)

2015-01-18 в 22:12 

vinyawende
Я сама была такою... триста лет тому назад
f-lempi, )))

"Фонтанный фон" - хорошее словосочетание)

URL
   

Дневник vinyawende

главная